Перформанс — самое честное из искусств. Марина Абрамович в MoMA

Если Вы уже всё знаете про Марину Абрамович (Marina Abramovic, в фамилии ударение на вторую «а») — можете дальше не читать, потому что ничего нового здесь не найдёте. Или прочитайте, если хотите освежить память.

Сейчас у югославской художницы первая ретроспектива в MoMA (Museum of Modern Art) в Нью-Йорке, продлится она до конца мая. Это не только первая персональная ретроспектива Абрамович, но и первая в своём роде попытка сделать в музее ретроспективу перформанса — явления эфемерного, сиюминутного, не поддающегося точной воспроизводимости в дальнейшем. Помимо показа документации — фото и видео — в течение трех месяцев в Музее воспроизводятся некоторые перформансы Абрамович специально ею же обученными молодыми людьми и девушками. Сама Абрамович тоже в стороне не осталась — впервые перформанс растягивается в пространстве музея на три месяца (длительность выставки, а не вернисаж, как это обычно бывает) и проходит по рабочим часам.

«Перформанс — это диалог, энергетический обмен. Зритель как собака — чувствует, замечает все ваши состояния. Если вдруг художник не уверен в себе или находится не в нужном состоянии духа — зритель просто перестает концентрировать внимание и уходит.» Марина Абрамович

Перформанс — пожалуй, самое настоящее и искреннее из искусств, потому что происходит здесь и сейчас и являет собой личность художника в настоящем времени. Это одно из отличий театра и перформанса — нахождение зрителя и художника в текущем времени, а не иллюзорном. В художественном перформансе чаще всего нет никакого продуманного сценария, а ключевым становится сам опыт художника и его переживания во время исполнения. Возникает это явление в 1960-х годах, как радикальное искусство, во многом в форме реакции на общественные трансформации и потрясения. В перформансе человек использует прежде всего тело в качестве инструмента, средства, медиума. От перформанса «в вечное» остаются только документации — фотографии, позже — видео.

Марина Абрамович — перформансист со стажем, и известна скорее в этом качестве. Её часто называют «бабушкой перформанса», хотя начинала свою карьеру в 1970-е, когда его уже «изобрели». Сейчас ей уже 64 года, и в последнее время она делает работы с другими средствами, но всё равно не уходя далеко от человеческого тела.

Ей принадлежит особая манера, которая собрала немало последователей. Абрамович во всём своём творчестве исследует человеческое тело, его возможности, его пределы, взаимосвзяь с окружающим миром, а также связь тела и разума. В 1970-х её перформансы наиболее радикальны, она работает с болью, пытается нащупать границы возможностей человека. С 1980-х переходит на несколько другой контекст — не то, что тело способно совершить, а то, в каком состоянии сознания это совершается, и как человек связан с природой. На протяжении всей работы она постоянно обращается к восточным практикам, а также фокусируется на контрасте между восточным и западным миром. Ниже я просто расскажу вкратце о ключевых работах Марины Абрамович в жанре чистого перформанса в хронологическом порядке.

Ритм 10 (Rythm 10, 1973)
Перед собой художница разложила 20 разных ножей и поочередно каждым начинала ритмично пытаться попасть острием между пальцами собственной ладони, упертой в пол. После каждого попадания по руке она меняла нож, а ритм, отбиваемый ножами, записывала на аудио-кассету. После того, как художника перебирала 20 ножей — ставила кассету с записью и пыталась добиться точности и ритмичности попадания без промахов.

Отрывок с воспроизведением перформанса «Rythm 10» для фильма о Марине Абрамович «Балканское барокко»

Ритм 2 (Rythm 2, 1974)
Здесь Абрамович исследовала взаимосвязь тела и сознания. Перформанс состоял из двух частей. В первой она принимала таблетку, вызывающую конвульсии: ее тело переставало быть подконтрольным сознанию, как бы отделялось от неё, жило своей жизнью, а сознание было в обычном состоянии и могло наблюдать за происходящим. Во второй части она принимала таблетку, которая воздействует на сознание — фактически притупляет его до потери: здесь подконтрольным вновь стало тело, а сознание наоборот исчезло.

Ритм 0 (Rythm 0, 1974)
В пространстве галереи Абрамович разложила на столе 72 предмета, в том числе розу, помаду, бритвы, пистолет с одной пулей. Художница просто стояла на месте как кукла, а зрителям предлагалось сделать с ней всё, что угодно, с использованием этих предметов. Художник здесь становился неодушевленным обычным предметом, подконтрольным человеку. Перформанс длился 6 часов, сначала люди вели себя сдержанно и аккуратно, однако всё действо было прервано хозяином галереи, когда один из посетителей навёл на художницу дуло пистолета. К тому моменту одежда на ней была изорвана, было много порезов. Это стало одним из самых радикальных перформансов Абрамович, где она исследовала уже не собственные возможности (когда она в любой момент может прекратить действие в зависимости от своего предела), а пределы публики, человеческого существа как существа социального, чью реакцию она не могла предсказать или предотвратить.

Rythm 0, 1974

Art Must be beautiful, Artist Must be Beautiful (1975)
В этом перформансе Марина обращается к набившему оскомину представлению о том, что искусство должно быть прекрасным, красивым (в нашей стране эта проблема по-прежнему остаётся актуальной). Она в течение долгого времени усердно расчесывала волосы двумя расческами, проговаривая иногда с остервенением слова «Art must be beautiful, artist must be beautiful».

Lips of Thomas  (1975)
Здесь художница вырезает пятиконечную звезду бритвой на животе как карандашом на бумаге, обращаясь к знакам, данным от рождения, которые мы не можем с себя стереть, даже если они стоят только лишь в паспорте (Абрамович родилась в коммунистической Югославии). Отрывочную видео-документацию можно посмотреть здесь.

Освобождение памяти (Freeing the memory, 1975)
Это один из перформансов из серии, посвященной достижению нового состояния тела и сознания. Здесь Абрамович проговаривает разные слова, которые хаотично вспоминаются — сначала на сербском, потом на английском, потом на немецком — как бы освобождая свою память. В перформансах «Освобождение голоса» (Freeing of voice) и «Освобождение тела» (Freeing of body) она кричит до тех пор, пока не теряет голос, от него освобождаясь, и двигается, пока её окончательно не покинут силы. Частичную видео-документацию можно посмотреть здесь.

Отношения во времени (Relation in Time, 1977)
Это один из многочисленных совместных перформансов с немецким художником Юлаем (Ulay), отношения с которым продлились 12 лет. Эти перформансы часто изучали отношения мужчины и женщины или в целом пары людей, очень красиво и метафорично раскрывая суть. Здесь Юлай и Марина сидели спиной друг к другу со сплетенными волосами 17 часов, как бы став одним целым, когда выдержка одного ставит в зависимость другого.

Relation in Time, 1977

Вдох-выдох (Breathing in/Breathing out, 1977)
Марина и Юлай буквально дышали одним дыханием, перекрыв доступ кислорода через нос, передавая дыхание через рот — это продолжалось около 20 минут, пока из-за нехватки кислорода один из них не потерял сознание. Опять ставя на выдержку, художники через буквальное исследуют возможность поддержания жизни друг друга без иных вмешательств, взаимодействия, поглощения, взаимоуничтожения.

Breathing in/Breathing out, 1977

Расширение в пространстве (Expanding in space, 1977)
Здесь Марина и Юлай продолжают исследовать взаимоотношения двух людей, становящихся единым целым. В помещении находятся две опорные колонны, которые нельзя сдвинуть, а между ними — две перемещаемые. Художники стоят спиной друг к другу, лицом к колоннам, и постепенно синхронно начинают пытаться собственным телом с разбега раздвинуть колонны, расширить пространство своего существования. И со временем у них получается.

Balance Proof (1977)
В этом перформансе художники держат между собой своими телами огромное зеркало. Они не видят друг друга и не могут знать, стоит ли второй правда за этим зеркалом до сих пор, или уже нет, и оно держится за счет одиночных усилий оставшегося. Частичную видео-документацию можно посмотреть здесь.

Imponderabilia (1977)
Марина и Улай стоят обнаженные на входе в галерею, смотря друг на друга, посетитель вынужден проходить между ними. Невольно понимая, что пройти придется, он выбирает, лицом к кому проходить, и  чаще старается не смотреть в глаза. После входа в галерею зритель видит, что его снимали на камеру, и надпись примерно следующего содержания: «'Imponderable. Such imponderable human factors as one's aesthetic sensitivity / the overriding importance of imponderables in determining human conduct.» (Непредсказуемость. Такие непредсказуемые человеческие черты, как чья-либо эстетическая чувствительность / значительная важность непредсказуемости в определении человеческих поступков).

The Lovers: The Great Wall Walk (1988)
Конец отношений и сотрудничества Юлая и Марины стал таким же непростым, как и созданные перформансы. Опять обращаясь к физической выносливости и опыту просветления через физические  механизмы, они шли с разных концов Великой китайской стены навстречу друг другу, чтобы в конце попрощаться.

Балканское барокко (Balkan Baroque, 1997)
Абрамович сидела на горе окровавленных костей и пыталась их отмыть. Этот перформанс был посвящен жертвам войны в Югославии — тому, что «смыть» это событие из жизни так же мало реально, как и отмыть такую груду костей. Позже на Веницианской биеннале современного искусства она получила за эту работу золотого льва.

Balkan Baroque, 1997

«Хорошее произведение искусства должно заставить вас обернуться, когда вы на него не смотрите, так же, как вы чувствуете, что кто-то на вас смотрит. Вы не уверены, но вы оборачиваетесь — и там вправду кто-то есть.» Марина Абрамович 

Её текущий перформанс в Нью-Йорке (The Artist is present), казалось бы, очень прост и непритязателен — художница просто сидит за столом, а любой желающий может сесть напротив и смотреть на Марину сколько душе его угодно. Но всё здесь не так-то просто: таким образом она даёт зрителю возможность практически попасть на место перформера. Но даже не в этом суть — основную суть можно прочувствовать, хотя бы пять минут посмотрев любое её интервью, на эту красивую сильную женщину с колоссальной энергетикой, или на худой конец взглянув на снимки людей, смотрящих на Марину. Здесь вступает в ход энергетика художника, его честность перед собой и зрителем, прямое взаимодействие (опосредованное разве что телом) — самое честное средство работы.

Видео-интервью с Мариной Абрамович в рамках выставки в MOMA

Фильм о Марине «Balcan Baroque» (1999)

Еще по теме: Вновь о Марине

В материале использованы изображения с сайтов: moma.org,chicagoartmagazine.com, designscruples.com, huffingtonpost.com, killeryellow.com, thisheartsonfire.com, artnet.com, citylife.co.uk

Код для блога:
Vkontakte:


Twitter:

Facebook Share:

Facebook Like:

Google+:

Вы можете оставить комментарий, используя свой аккаунт на Facebook или Twitter:

Connect with Facebook

или же заполнив форму ниже: