От Чаплина к Рейгану: американское кино времен войны

Вторая мировая война, которая с самого начала приняла характер «глобальной трагедии» со всеми ее жертвами и жестокостью, сумела идейно встряхнуть Голливуд. До нее умы лос-анджелесских журналистов главным образом занимали  мысли лишь о временах колонизаторов, о Диком западе, детективных загадках или различных чудовищах вроде Франкенштейна. Военный конфликт заставил их задуматься об истории, о роли в ней отдельного человека и  о гуманистических ценностях в целом. Однако в отличие от Вьетнамской войны,  лицо главного врага – нацизма – здесь было известно всем, вот почему от неизбежного ура-патриотизма удалось отойти лишь к пятидесятым годам (да и то далеко не всем кинематографистам).

Первым, кто выразил свое отношение к нацизму,  стал великий актер  и режиссер немого кино, гениальный сатирик Чарльз Чаплин. В 1939 году он начал снимать свою знаменитую ленту «Великий диктатор» (“The Great dictator”), а уже через неделю после начала съемочного процесса началась Вторая мировая война. Из картины Чаплина о войне и диктатуре можно узнать и понять больше, чем из всех фильмов о подвигах бравых американских войск, выходивших в неисчислимых количествах в первой половине 1940-х годов в США.

Стоит отметить,  что сценарий режиссер начал писать еще в 1937 году, когда Гитлер и Муссолини только начинали свое кровавое шествие. США, хоть и понимали всю опасность фашистского движения в Европе, не вступали с ним в распри. Так, Чаплин показал немецкого парикмахера, еврея Шульца, по иронии судьбы очень похожего на диктатора Аденоида Хинкеля. В Германии как раз начинаются гонения на евреев, и сумевший сбежать Шульц случайно оказывается на митинге, на котором ему приходится читать речь от лица диктатора. Вопреки ожиданиям толпы, он призывает народ к миру, человечности, к свержению диктатур. Последние слова парикмахера Чаплин написал уже под влиянием начавшихся событий в Европе. «Великим диктатором» Чаплин создал образец жанра трагикомедии, который затем, придав ему чуточку абсурда, разовьет уже небезызвестный югославский режиссер Эмир Кустурица.

Однако  впоследствии, в своей автобиографии, Чаплин напишет: «Конечно, если бы я знал тогда о подлинных ужасах немецких концлагерей, я не смог бы сделать „Диктатора“, не смог бы смеяться над нацистами, над их чудовищной манией уничтожения» .

И действительно, к выходу фильма на экраны в 1940 году смеяться было уже некогда – Европа была в огне, и он вот-вот мог перекинуться на Соединенные Штаты.

Вскоре, в 1942, выходит фильм «Касабланка» (“Casablanca”) — романтическая драма Майкла Кертица (Michael Curtiz), демонстрирующая зрителям, как война, и немцы в частности, коверкают судьбы людей.  Авторы картины совершенно не ожидали такого грандиозного успеха, однако рядовые американцы, видимо, особенно расчувствовавшиеся после трагедии в Пирл-Харбор, приняли ленту очень тепло. Справедливости ради нужно сказать, что фильм  вышел откровенно пропагандистским.

Однако в условиях тотального неприятия фашизма пропаганда Кертица била не в бровь, а в глаз. В Warner Brothers, выпускавшей картину на экраны, предполагали, что фильм сможет  мобилизовать общественное мнение и вызвать поддержку военной политике правительства Рузвельта.  Поэтому не выглядит случайным итог в виде трех «Оскаров», в том числе в номинации за  лучший фильм. Персонажи, диалоги и музыка вошли в число самых любимых среди американцев, а популярность фильма выросла до такого масштаба, что поныне он стоит в ряду лучших работ в истории Голливуда, а сыгравшие главные роли актеры Хамфри Богарт и шведка Ингрид Бергман стали знамениты и за пределами Соединенных Штатов.

Сразу после событий в Пирл-Харбор последовала полноценная бомбардировка американского зрителя порциями ура-патриотизма в виде бесчисленного множества картин о «бравых американских парнях». В одном лишь 1943 году американская киноиндустрия выпустила на экраны около 35 фильмов на военную тематику. Все они были о локальных победах войск союзников («Гуадалканалский дневник», 1943 (о победе на Гуадалканале); «Путь морпеха», 1944 (действия войск на Тихом океане); «Гордость моряков», 1945 (снова Гуадалканал), и ни один шел дальше  окопов и пулеметных очередей. Оно и понятно:  у правительства и глав киностудий не было никаких оснований подрывать уверенность рядовых американцев в том, что враг будет разбит. К слову, именно благодаря съемкам в этих фильмах, преимущественно во второстепенных ролях, приобрел некоторую известность будущий президент страны Рональд Рейган. Нужно отметить, что подавляющее большинство лент, выпущенных в годы войны, было снято о победах американцев на Тихом океане.

Однако в 50-х студии несколько пересмотрели свой подход к военной теме, и на свет было выпущено немало прекрасных, запоминающихся фильмов. О них — в следующей статье.

Код для блога:
Vkontakte:


Twitter:

Facebook Share:

Facebook Like:

Google+:

Вы можете оставить комментарий, используя свой аккаунт на Facebook или Twitter:

Connect with Facebook

или же заполнив форму ниже: