Хаим Сокол: «Познавая, что мы утратили, мы можем лучше понять сегодняшний день»

Говорить о том, что на дворе 21й век, уже стало неприлично. Мы просыпаемся, читая RSS-подписки под горячий кофе, засыпаем, предварительно отправив пресловутые «споки-ноки» друзьям через ICQ, Skype и бог знает через какой интернет-сервис. Подобная коммуникация есть вроде и везде, а в то же время нигде. Ведь мало кто из нас понимает, а тем более сможет объяснить, как это работает. Но от факта незнания мало что меняется.

Возможно, именно читая RSS-подписку, вы наткнулись на этот материал про выставку самого молодого участника 3й Московской биеннале современного искусства Хаима Сокола «Мертвые письма» в галерее «Триумф». «Мертвое» письмо – это письмо, которое по каким-то причинам не может быть как доставлено получателю, так и возвращено отправителю. Письмо «потерянное» во всех смыслах – прежде всего как само послание, сам разговор.

В залах особняка на Новокузнецкой улице под огромными люстрами стоят железные поржавевшие конструкции – почтовые ящики в форме триумфальных арок, заполненные ржавыми письмами, висит меховое пальто с жестяным портфелем «почта» на спине, внутри столика лежат все те же письма, на стенах висят лайт-боксы с изрисованными-исписанными «копирками», а из тускло освещенной комнаты выглядывают «монументальные» почтовые ящики разных стран мира – непохожие, но вместе напоминающие тихое темное кладбище. Кладбище утраченной форме коммуникации и сопутствующим ей ощущениям – ощущениям ожидания, трепетности к каждому слову и каждой букве, которые сейчас заменили скоростные сообщения ровным «почерком» и потоки информации (с хроническим ощущением опоздания и недосказанности).

sokol1sokol 2

Началась история с почтовыми ящиками у Хаима еще с 2й Биеннале современного искусства в Салониках и проекта «Всем тем, кто здесь когда-то жил». Там он отправил через городскую почту 100 писем «всем тем, кто здесь когда-то жил», затем установил по городу 3 точных копии городских почтовых ящиков — герметично закрытых, а также поставил в городе скульптуру высотой в пять метров с почтовым ящиком наверху и надписью «Всем тем, кто здесь когда-то жил» на пяти языках основных общин города, проживавших здесь в прошлом. А на 6й Ширяевской биеннале его ландшафтная инсталляция с почтовыми ящиками «Адресат выбыл» представляла собой все те же ящики, подвешенные на скале на физически почти недоступной обычному человеку высоте.

Художник работает со старыми вещами – в его мастерской целый склад писем, жестяных листов, каких-то старых предметов, найденных на блошках и помойках. Причем не все они используются в работе, многие остаются «в качестве украшения». Для Хаима старая вещь – то, что уже нельзя переделать, что невозможно сделать чем-то другим. Памятник – способ увековечить прочностью во времени явления, людей, вещи. Хаим ставит памятники самой памяти как явлению человеческого сознания.

По описанным объектам может создаться впечатление, что Хаим Сокол находится в вечной ностальгии по прошлому или хотя бы по тому, чего здесь нет. Чтобы развеять подобные впечатления — о новых формах коммуникации, конце десятилетия и памяти я спросила самого художника.

TheSpot.ru: Для вас письма, почтовые ящики — это конкретный предмет тоски или скорее символ того, что любое явление в жизни рано или поздно теряется и уходит?

Хаим Сокол: Это и конкретный предмет, достойный изображения, с прекрасной скульптурной формой — иногда минималисткой, иногда, наоборот, барочной. С другой стороны, почтовые ящики– объекты-свидетели. Они висят повсюду, но их никто не видит. Они есть, но уже почти не нужны.

TS: В одном из текстов вы метко сравниваете два способа написания – от руки и на клавиатуре. При том, что написание по клавиатуре, судя по сравнениям, явно проигрывает. Что Вас так резко смущает в современных способах уже скоростной коммуникации?

Х.С.: Сразу хочу оговориться, что вы задаете вопрос о поэтическом тексте, который не связан напрямую с реальностью. Точнее, эта связь намного сложнее. А вообще меня волнует утрата физического, тактильного контакта с текстом. Текст на экране не меняется от нашего настроения, психомоторики, нажима. И потом я не очень понимаю, когда печатаю, где этот текст – и никакой физик  или компьютерщик мне этого не объяснит.

TS: Вы ведете свой блог. Кроме него насколько вы интернет активны и отражается ли это на той самой ностальгии по письмам?

Х.С.: Во-первых, сразу хочу сказать, что я не ностальгирую. Ностальгия – это не про меня. Мне хорошо в современности и я не хотел бы попасть в прошлое. Поэтому, во-первых, я очень интернет-активен, даже интернет-зависим, и не начинаю день без проверки почты. А во-вторых, письма и традиционная почта для меня – символы утраты. Познавая, что мы утратили, мы можем лучше понять сегодняшний день.

TS: Не считаете ли вы, что отрыв от привязок к прошлому, к корням в современном все ускоряющемся и перемешивающемся мире становится нормой? Более того – позволяет быстрее двигаться вперед к новому? Т.е. насколько сейчас остается важным та самая «память»?

Х.С.: Да, я считаю, что современный (западный) мир космополитичен, как никогда. Мы бесконечно меняем место жительства, работу, даже род занятий. Это проявляется и на уровне технологий, которые бесконечно сменяют друг друга, и вещей, которые в основном одноразовые. Как раз об этом я и говорю. Мои размышления о памяти носят не нормативный, а дескриптивный характер.

TS: Эти работы удивительно совпали своим посылом прощания с концом десятилетия. Как вы считаете – действительно ли сейчас мы стоим на пороге «отделения» в следующую эпоху не только по цифрам, но и по смыслам?  В чем вы видите ее отличие и какие с ней связываете надежды?

Х.С.: Конечно. Трансформация или исчезновение письменной культуры – на мой взгляд, самый значительный культурный сдвиг, который мы сейчас переживаем. И остается надеяться, что мои будущие дети меня будут понимать, даже не зная, что такое ручка и бумага.

Попытаться «познать, что мы утратили» и «понять сегодняшний день» можно в галерее «Триумф» до 19 февраля (посещение по предварительной договоренности по телефону, указанному на сайте галереи).


***

Хаим Сокол Родился в г. Архангельске, СССР в 1973г.
1991 Эмигрировал в Израиль
1996 Закончил Еврейский университет в Иерусалиме

С 2006 живет и работает в Москве и Иерусалиме
Скульптор, арт-обозреватель, автор инсталляций, перформансов, текстов.

2006—2007 Московский институт проблем современного искусства

2006 – Принят в Международную ассоциацию изобразительных искусств –АИАП (ЮНЕСКО)

Персональные выставки

2009 “Punctum”, галерея “ЕК. Артбюро”, Москва, Россия
2009 “Сurriculum Vitae”, галерея «Арт-стрелка projects», Москва, Россия
2009 “Палимпсесты”, галерея Green Art, Пермь, Россия
2008 «Земля» ( совместно с А. Кузькиным), Stella Art Foundation, Москва, Россия
2008 «Криптомнезия. Рецидив», галерея «Арт-стрелка projects», Москва, Россия
2005 “Memories about memories”, “Small Room Gallery”, “Elul”, Jerusalem, Israel

Участвовал также в 2й и 3й Московской биеннале современного искусства, 1й биеннале Молодого искусства, а также в ряду групповых выставок.

Работы находятся в Mandel foundation, Jerusalem, Israel, в Stella Art Foundation, в Государственном центре современного искусства, Москва, Igal Ahouvi Collection, Tel Aviv, Isarel

www.haimsokol.com

В материале использованы иллюстрации с сайта haimsokol.com





Код для блога:
Vkontakte:


Twitter:

Facebook Share:

Facebook Like:

Google+:

Вы можете оставить комментарий, используя свой аккаунт на Facebook или Twitter:

Connect with Facebook

или же заполнив форму ниже: