Артём Татищевский, молодой хип-хоппер из Тольятти, стремительно набирает популярность. Его клипы собирают сотни тысяч просмотров на youtube (подобным результатом не могут похвастать и многие мейнстримовые артисты), за его плечами уже 5 релизов (альбом «Живым» вышел на сиди), он гастролирует по всей России, выпускает совместные композиции со многими признанными мастерами жанра. Thespot.ru перед большим сольным концертом Артёма в 16тоннах удалось пообщаться с новейшей звездой русского рэпа и выяснить о феномене его популярности, отношении к традиционному хип-хопу и лирическом герое Артёма Татищевского.

Я просто стараюсь заниматься тем, что мне интересно. Я хочу, чтобы моё творчество было разнообразным. В моей голове сочетается слишком много противоречивых идей. Но я не считаю, что моя музыка — это хип-хоп. Я бы не хотел, что мои композиции относились к субкультуре хип-хопа с граффити, брейкдансом и прочими элементами. Но рэп — это модно, да, признаю. Однако моё творчество с модой никак не связано.

У меня как такового лирического героя нет. В своих треках я рассказываю про свой собственный опыт, собственный переживания и высказываю свою собственную точку зрения. В процентном соотношении — это выглядит так: 70% содержания моих треков — абсолютная правда; 30% — мои рассуждения. Темы я затрагиваю разнообразные. Может, я псих, что мои композиции столь разнообразны. Кого-то моё творчество цепляет, кто-то находит в моих песнях себя. Но я не даю себе установку сделать песню, допустим, для мажоров, а эту — для андеграундных котов.

Click here to view the embedded video.

Начинал я как бит-мейкер. И это стало моим основным занятием (хоть занимаюсь не только музыкой). Я сам освоил разные программы, вроде FruityLoops, Cubase и прочие Никакого музыкального образования у меня нет. Я считаю, что то, что я делаю, — это некачественная дребедень.
В Тольятти есть достойный хип-хоп. Это мои друзья — Арс Ворошиловский и Тимоха VBT. Есть ещё группа Небро. Однако сам я рэп слушаю по минимуму. Я предпочитаю шансон и русский рок.

Click here to view the embedded video.

Я свой город Тольятти вижу исключительно с негативной стороны. Тольятти — это уйма нерешённых вопросов, огромное количество гопников и наркотики. В этой связи мои песни сложно назвать позитивными.
Порой интересуются я фа или афа. Ни тот и ни другой. Я просто когда-то общался с людьми, загоняющимися по этой теме. Сейчас все уже повзрослели — и какого-то разграничения фа-афа нет.

Click here to view the embedded video.

Vkontakte: http://vk.com/club12370608

Ultra Vague Recordings: UVR1113 Diamos Roll — «Rosecode»

Сейчас мало что можно сказать про состояние белорусской музыки. Одно, правда, можно сказать точно — CherryVata на родине если неуважаемый, то хотя бы достаточно известный коллектив. Ещё несколько лет назад, когда подобное оказывалось редкостью, уровень их записей вызывал настоящее восхищение. Но такие безупречные, на первый взгляд, вещи обязательно скрывают в своей основе существенный подвох. CherryVata звучат идеально внутри собственного жанра, но в какой-либо перспективе буквально набивают оскомину. Иначе говоря — почти как группа Cheese People в антураже популярной музыки.

В контексте CherryVata не слишком ясны цели и смыслы создания сольного проекта основателя коллектива. Общие места у двух этих наименований буквально во всём: милые аранжировки Моби, ненавязчивость Бонобо, работа безупречная, но совершенно механическая. Эти, казалось бы, плюсы, скрывают одно очень опасную вещь — необязательность. Это хорошая работа опытного музыканта, но культурной ценности она не имеет практически никакой.

Jeto: JETO03 Striped Cat — «Liquid Siberian Dream»

Основатель одноименной серии подкастов в конце прошлого года высказал своё мнение касательно сибирского звука в произведении «Концепция 95». Вкратце — несколько замедленная и помрачневшая музыка совершенно любого жанра, главное — с пониженной тональностью и мощным лоу-фаем. Выпуск ЕР с этим событием совпадает, и, надо полагать, что музыкант должен был представить сибирский звук в своём исполнении.

Звук, кажется, не из Сибири, а прямиком из Петербурга. При желании, в этом можно заподозрить глобальную тенденцию отечественного звука, но совпадениями с творчеством Контекста или Вуда тут определённо имеются. Минималистичный гэридж Полосатого кота коллег своих переигрывает и работает на более глубоком уровне. «Liquid Siberian Dream» — редкий пример работы концептуального звука с построением единого пространства и мифологией внутри альбома. Редкость эта относится, прежде всего, ко всей нашей сцене, а не только сибирской.

FUSElab: JUMB007 Galun — «Meltwith Myvoice» EP

Музыку Сергея Галуна сложно рассматривать отдельно от главного его занятия — битбокса. А искусство это кажется самодостаточным и узким, и трудно представить целиком построенный на нём альбом электронной музыки. На первый взгляд так это и обстоит: любой электронный звук — совершенно инородный и существует сам по себе. А потом в этом обнаружится мощнейший психоделический эффект; невозможно даже сказать электронная это музыка или хорошая импровизация.

В исковерканных и обманчивых звуках нет никакой надуманности, ведь практически ту же историю мы слышали в недавних его дуэтах с Моноклем или Moremoney. А история эта о развитие интересов человека, у которого совершенно по-другому происходит понимание музыки. И может именно потому, что отправной точкой оказалось искусство битбокса. На сегодняшний день именно такой эксперимент подходит под устаревшее определение вонки, музыки изначально неправильной и «нестабильной».

Nenormalizm: NRM008 VA — «Nenormalizm for Progolog»

История с «Ненормализмом» началась с рядового сообщества музыкантов в популярной социальной сети. А сейчас это нерегулярные релизы, чаще — компиляции отечественных и европейских деятелей «умной» электроники. Собственно, «Nenormalizm for Progolog» — один из таких сборников, и в «подарочном» формате он уходит одноимённому немецкому блогу. В нём тринадцать знакомых и не очень имён, активисты сообщества (Rushmo и ilyazap) и новые лице (украинский музыкант King Imagine, о котором мы подробнее поговорим ниже.

IDM всегда казался идеальным жанром для эксперимента, творческого поиска, но и, что называется, не для людей. Всё хорошее тут заканчивается примерно с первым треком. Просто потому что вещь Rushmo несёт не только экспериментальные ценности, но и чисто человеческие тоже. Остальные двенадцать треков слушатель обречён «искать в тёмной комнате чёрную кошку» — именно это обещает нам в своём материале King Imagine. Это, правда, не делает все двенадцать менее ценными с точки зрения эксперимента или творческого поиска.

Delicious Music: DM027 Equal Minds Theory — «Equal Minds Theory»

Возвращаясь к разговору о будущем отечественной маткор-сцены, ещё недавно казавшейся совершенно удивительным и не имеющим аналогов материалом. В её контексте Equal Minds Theory всегда отвечали артхаусную линейку жанра, если такое определение вообще возможно применить к математическому хардкору. А тут разом вырвались во флагманы движения. Причин для того видится примерно две: или понимание собственной ответственности за родной жанр, или проще — как и любому интеллектуальному режиссёру, продолжая параллель с кинематографом, подобной группе время от времени необходим ударных качеств блокбастер; хотя бы для разнообразия.

Удивительно даже, как отечественный коллектив решился на такую «кассовую», по всем статьям, вещь. Это не должно звучать упрёком, скорее наоборот подчёркивать самобытность нашего музыканта, ищущего иные пути к «популярному» звуку. В этом свете неудивительны некоторые совпадения с многоликой пластинкой группы Name. И это не только в некой абстрактной «атмосфере» альбома, а во множестве жанровых отсылок или своеобразном музыкальном юморе; умеренный пафос и спятивший артистизм.

sloi: Мимо — «Rails»

«Мимо» — второй из четырёх ныне подписанных на «Слой» проектов. И полностью отвечает всем основным «требованиям» организации: тёмная анонимность и звуки пустых окраин у музыканта, можно сказать, в крови. Дорога к текущему состоянию у этого человека длится уже лет десять, и со всеми необходимыми остановками: школьными рок-группами и самопальным хип-хопом. «Слой» — пока последняя остановка артиста, хоть и значится он тут не менее пяти лет.

«Rails», как понятно из названия, про метро и подземку — в прямом и переносном смысле. Она же служит альбому без чётких отправных точек, собственным жанром, диктует собственные звуки, приёмы и композиции. Заметные неровности только подчёркивают такую концепцию. Согласитесь, что в тёмных туннелях никому не придёт в голову беспокоиться об уместности того или иного звука. И, наверное, большая удача, что «Rails» выглядит одним длинным спуском под землю, удушающим саундтреком диггера.

Sub-Line: SUBL012 IDrM — «Prophet v 2.0»

Екатеринбургский дабстеп-лейбл крепчает и вообще вызывает всяческое уважение. Говорит это скорее о росте сибирской сцены в целом, чем об удачных находках самого лейбла. Впрочем, находки удачные: двенадцатый релиз — от человека, ответственного за музыкальную культуру Омска. Пафосные эпитеты вполне уместны. Ещё недавно Алексей, не имея музыкального образования, ставил звук в местных театрах, а сейчас занялся почти благотворительностью и собирается помогать омским начинающим музыкантам. Их, он говорит, много и почти все — хорошие.

«Prophet v 2.0» можно смело советовать начинающему слушателю отличным примером классики дабстепа. Особенно харизматичным альбом выглядит сейчас, в ситуации, когда широкая публика и не помнит уже настоящего дабстепа. А за этим видится настоящая образовательная функция, она не может не быть благородной. Единственное, этой красивой миссии мешает немецкое дарк-электро во всех мелодических ходах албома. И лишь появление новой классики Kryptic Minds или Old Apparatus с теми же самыми элементами позволяет окончательно утвердиться в честных намерениях музыканта.

Lunar Kitchen: LKN003 King Imagine & Reixtra — «Deep Invasion / Steps in the Night»

На дочернем лейбле Sub-Line дела обстоят ещё интереснее — дуэт двух украинских товарищей, Алексея «King Imadine» Микрюкова и Антона Reixtra. Оба — должны быть опытными музыкантами, с долгой карьерой и обилием проектов. Первый с конца 80-х отметился участием в десятке независимых проектов: начав, как водится, панк-роком за двадцать лет King Imagine дошёл до дебрей эмбиента, продюсерской работы — и, вот, дабстепа. А вот у его коллеги стратегия несколько иная, но не менее интересная: за последние пару лет он отметился пятёркой релизов на нескольких британских лейблах, может не слишком именитых, но точно перспективных

Оба трека схожи «фактурой» — можно списать на личный вклад Микрюкова, а егобэйслайн сложно с чем-то спутать. Притом произведения эти — противоположность друг другу практически всем: настроением, темой, стилей. Качественная разница создаёт баланс между «продаваемой» и, в общем, понятной Deep Invasion и «интеллектуальной» нагрузкой Steps in the Night. Отметим, что оба музыканта не успели зарекомендовать себя узнаваемым звуком, но на Lunar Kitchen любое произведение приводится к общему знаменателю. К третьему релизу вполне можно говорить о собственном звуке и особенностях селекции. Если такое предположение подтвердиться, то говорить стоит скорее о значении «Лунной кухни» в целом, а не о таких мелочах.

Кучин появился на сцене неожиданно; сидя на просторной деревянной лавке. Держа в руках гитару, он взял несколько аккордов, вдохновенно затянул припев из народного хита «Пройдут года», резко отложил инструмент в сторону и больше к нему не прикасался. Застывший в воздухе вопрос о смысле происходящего разрешился сам собой после громогласного объявления: «Добро пожаловать в мир музыки Ивана Кучина! Встречайте!!!». Шансонье бодро ринулся на край сцены, поприветствовал новосибирцев и запел под «минусовку» (записанную музыкальную фонограмму – прим.ред) свои нетленные шлягеры.

«Меня здесь все знают и хорошо принимают, — признался он. Новосибирск – единственный город, где меня встречают хлебом, солью и водочкой»

Артист представил публике несколько песен с нового альбома «Караван», но справедливо предположил, что «все-таки должен спеть и старые песни, за которые его уважают». А в Новосибирске, по словам Кучина, его не просто уважают, а любят и ждут. «Меня здесь все знают и хорошо принимают, — признался он. — Новосибирск – единственный город, где меня встречают хлебом, солью и водочкой». Зал разразился овацией, артист поклонился в пояс.

Наличие инструментов на сцене (рояль, синтезатор, гитара) и при этом отсутствие музыкантов, шансонье оправдал композиторским и исполнительским даром: всю музыку он сочиняет, играет и записывает сам. А вот петь предлагает кому угодно. «В любой момент вы можете подойти, отобрать у меня микрофон и спеть сами!», — предупредил он горожан.

Каждую композицию сопровождала история ее создания. С просветительским конферансом Кучин справлялся настолько увлеченно, что пару раз комментарий к песне длился дольше ее исполнения. Так, в очередной раз уйдя в пространные рассуждения, артист поведал о главной причине, объединяющей его с залом. «У нас с вами была одна жизнь: одни горести, беды и надежды. И все это мы прошли вместе». Почему четырежды судимый и отбывший десяток лет в заключении рецидивист Кучин решил, что судьба новосибирцев сложилась схожим образом, осталось неясным. Впрочем, об уголовной статье №144 (воровство), предметах кражи (аппаратура, «золотишко») и строгом режиме новосибирцы все же узнали. Вовремя уловив криминальный крен в общении, певец вновь проявил проницательность и посетовал на жесткость современного мира, «убитых, застреленных и зарезанных в телевизоре», улыбнулся и спел про ежика.

«Так… Я слова забыл, братцы! Давайте вместе! Как там начиналось?»

Собравшись исполнить программную песню «Рецидивист», Кучин впервые за час отправился к синтезатору, взял первые ноты и подозрительно умолк. «Так… Я слова забыл, братцы! Давайте вместе! Как там начиналось?». Влюбленный в артиста зал еще более подозрительно умолк вслед за кумиром, слов так никто и не вспомнил. Артист не обиделся и спел один лишь припев. «Ваня ты лучший! Красавчик!», — отреагировал мужчина с первых рядов. Певец согласился. «Ты певец души!», — доносилось из зала. «Кого туши?», — не расслышал шансонье. – Да, все уже потускло в нашей России, остались только мы с вами». Публика согласилась.

Перед антрактом, во время которого зрителям было предложено оставить шансонье записки с вопросами, артист поделился с горожанами подозрением, что его песни многие слушают только во время серьезных утрат и потерь. «Так что не слушайте мои песни и живите счастливо», — попросил он новосибирцев.

«Мэрлина Мэнсона не слушаю»

Вопросы к «до конца сибиряковскому» Кучину касались его личной жизни, шоу-бизнеса, путешествий по миру и отношений с милицией. Певец уточнил, что имел негативный опыт («влюбился, купил машину и шубу, а она оказалась разводиловой») и сейчас не женат; бывал в Бурятии, Татарстане, Германии и Америке («в штатах хорошо, по-нашему: везде мусор и накурено»); платить радио «Шансон» за усиленную ротацию своих песен не собирается («6000 $ у меня нет»); имеет автомобиль Мерседес-Бенц 95 года; любит пельмени из конины; Мэрлина Мэнсона не слушает.  На вопрос корреспондента TheSpot.ru, как он относится к современной электронной музыке, в частности дабстепу или на худой конец брейк-биту или джанглу, Кучин ответил буквально следующее: «Моя «Бэйби» — это брейк-бит, песня «Ночка» — дабстеп, а «Совесть» — джангл». «А у вас настоящие усы?» — прозвучал вопрос к никогда не носившему усов Кучину. Артист растерялся.

Неугомонные зрители решили узнать у артиста, действительно ли с ним происходили события, описанные в песне «Человек в телогрейке» (герой песни совершает побег из тюрьмы и погибает по пути – прим. ред.). Кучин заверил собравшихся, что так все и было.

«Я вылез из машины и орал «Куда вы прете?!»», — с гордостью рассказал Кучин, расставив пальцы и выпучив глаза

В завершении беседы новосибирцы узнали, как «дядя Ваня» совершил подвиг, чтобы к ним добраться. Оказывается, по дороге в аэропорт он попал в пробку, но вызвал на помощь «самого крутого в Москве водителя» и они поехали по встречной со скоростью 130 км/ч, сигналив и распугивая проезжающий мимо транспорт. «Я вылез из машины и орал «Куда вы прете?!»», — с гордостью рассказал Кучин, расставив пальцы и выпучив глаза. «Мы никого не боимся! И мы успели», — заключил он. «Иди в президенты!», — аукнулось из зала.

Последние песни артист исполнил, пригласив на сцену своих самых верных поклонников. Столпившиеся у проходов подвыпившие мужчины с банками пива в руках делегировали своих спутниц, а сами принялись фотографировать происходящее. В течение десяти минут сцена наполнилась женщинами средних лет, двигающимися с особой грацией мужчинами и даже детьми. Все они, взявшись за руки, водили хороводы вокруг любимого певца и изредка подпевали в микрофон.

Кучин снова поклонился в пояс новосибирцам, выпил за их здоровье минералки и, забрав огромную охапку цветов, медленно проследовал за кулисы.

фото — Роман Екимов (http://butte-natte.livejournal.com/)

В феврале этого года «АВИА» дали свой первый концерт в этом веке в клубе «Космонавт» — это была разовая акция или реюнион?

Мы завязали когда-то эту историю по обоюдному согласию, посчитав, что выходим на уровень очень большой коммерции. Группа стала известной, начались гастроли по городам и весям — «АВИА» вдруг стала слишком правильной, популярной и всем подходящей. И Коля Гусев, автор всей концепции «АВИА» сказал — все, хватит. А полгода назад он позвонил мне и сказал, что сейчас самое время вернуть «АВИА» на сцену, потому что многие аспекты нынешней социальной жизни слишком напоминают то самое прошлое, и песни «АВИА» снова стали актуальны. Так что это возрождение проекта на полную катушку — в том виде, в котором он существовал тогда: с теми же словами, песнями, странными прибаутками. И я не ожидал такого результата: эта музыка совершенно иначе прозвучала в сегодняшнем дне. Это стало сильней, это стало страшней в какой-то степени, более остро; это очень жестко сцеплено с историей нашей страны, нашей психологией. Там, в «Космонавте» на сцене находились мои ученики, молодые ребята — танцевальная группа, — и, когда я увидел, как они воспринимают песни «АВИА», я был просто поражен тем, сколько же в людях всего этого до сих пор заложено.

Click here to view the embedded video.

Новые песни пишете?

Нет, того что есть, достаточно. Но Коля Гусев такой человек, ему только дай задание. Помимо того, что у него прекрасное музыкальное образование и глубочайшие познания в музыке — в рок-н-ролле и всем, что предшествовало и последовало — он же великолепный поэт. Только сейчас я внимательно расслушал глубокий романтизм, заложенный в песнях «АВИА». Раньше я прислушивался к безумной энергетике, к странном набору инструментов — а теперь понял, какие за этим стоят слова.

С чего для вас начинался рок-клуб?

«Странные Игры» под руководством покойного Саши Давыдова. Из этой группы вырос практически весь интересный рок-н-ролл — как минимум, питерский, а во многом и весь русский. Отсюда вышли и «АВИА», и «Игры» Вити Сологуба, и «Deadушки», и «Снега», огромное влияние было на группу «Н.О.М.» «Странные Игры» записали только две пластинки — но благодаря им появилось очень много интересной музыки. И мы сосуществовали с ними. Мне кажется, без «АВИА» рок-клуб был бы довольно однобокой картиной. То, как Коля пишет музыку, как она исполняется, на каких инструментах, в каком составе — очень оригинально и самобытно. И когда нам предложили участие в юбилейном концерте рок-клуба, мы даже не сомневались. Хочется показать людям — и прежде всего молодым ребятам, которые сейчас занимаются музыкой — насколько разнообразна была палитра в те годы.

Click here to view the embedded video.

Что конкретно мы отмечаем? Юбилей здания, юбилей идеи, юбилей ленинградского рок-н-ролла?

Хороший вопрос. Это ни в коем случае не сбор старичков, которые решили вдруг поиграть свою музыку на большой арене. Это, по-моему, такое зерно, горсточка, которую нужно бросить молодым музыкантам — ребята, посмотрите, сколько всего сделано, сколько прошло времени и как мало с тех пор появилось чего-то нового.

Это в некотором роде вызов сегодняшнему поколению. Давайте же, делайте что-нибудь свое. Потому что то, что сейчас звучит — это только попытки скопировать Запад. Это неинтересно. Это не наше. Это не про то, это не туда.

Я писал в анонсе, что рок-клуб сейчас переживает непростые времена, потому что некому его поддерживать и продолжать дело.

И это очень грустное зрелище. Все мы не вечны: и музыканты, и поэты, и люди с такой энергией, как Боб Гребенщиков — мы, в конце концов, исчезнем из этого мира. Но музыка не должна на этом остановиться. Беда в том, что сейчас все молодые ребята держат руку на пульсе сегодняшней музыки, звука, аранжировок. Это стало общим псевдоевропейским музыкальным лицом. Слишком много информации. И вместо того чтобы сидеть дома и усердно заниматься, практиковаться, учиться играть, они шарят по интернетам — а что сейчас играют, какие инструменты нужно купить — и все делают примерно как «там». Но «там» — это там, а «здесь» — это здесь. У нас же ничего этого не было.

Вячеслав Бутусов рассказывал когда-то, что до их родного Екатеринбурга информация не доходила вообще и они чуть ли не аккорды сами выдумывали, не на кого было оглядываться.

Я это прекрасно понимаю. Мы же передавали с рук на руки запиленные пластинки, где-то в подвале слушали на бобинах «King Crimson» или «Gentle Giant» — и это был шок. Это было настолько далеко и настолько круто, что даже не было попыток приблизиться к этому. Мы все шли своей дорогой: есть «King Crimson» — ну вот и хорошо, а у нас есть вот так вот. Есть у них море комбиков и примочек — а у нас есть орган «Vermona» и колонки «Электрон-10». Просто было очень большое желание это делать, было в удовольствие играть свою музыку друзьям и знакомым, делать вечеринки, квартирники и подпольные концерты. Передавать людям музыкальный кайф. Установка была такая — кайфовать от музыки. Не было стремления делать революцию или орать со сцены пошлые тексты — все лучшие группы были, скажем так, «балладными». Не было «трэша», не было «харды» тяжелой — то есть «харда» была, но мы к ней относились, как к космонавтам. Они были какой-то отдельной популяцией. А мы старались делать позитивную музыку. Не было мата со сцены. Да даже в своей компании мы не матерились. Это я не к тому, что не знали слов. Просто это не имело смысла. Как-то это было слишком некрасиво, грубо... Мы — совершенно другое поколение. Сейчас очень много информации, и из-за этого все прекрасное нивелировалось, к сожалению. И это неизбежно.

Не отобрать сейчас у людей «айфонов» и «айпадов». Слава Полунин говорит, подождем, будет что-нибудь другое, мир не остановится на этом. Да будет, разумеется. Но мне хочется, чтобы это другое было таким же любвеобильным, таким же светлым, каким было тогда. Вот это самое главное. «Чернуха» и цинизм достали страшно.

А когда рок-клуб для вас закончился?

В какой-то степени концом рок-клуба была «Поп-механика» Сережи Курехина. Он удивительно все и всех привел к общему знаменателю. Очень высокую планку задал. Оказалось, что мы все можем выйти на одну сцену — и Боб, и Цой, и Эдуард Хиль, и кого там только не было, — и в конце концов наверняка придем к одному самому главному ответу.

Курехин только начал намекать на это — к сожалению, рано ушел. Но вот в этот момент идея рок-н-ролльных групп и вообще идея русского рок-н-ролла с треском провалилась. И слава Богу. Потому что рок-н-ролл — это не русская вещь, и уж тем более не советская вещь.

Это другая организация ума, воспитания, совершенно другая культура. Само слово «рок-н-ролл» или «рок-клуб» в России — это довольно большой нонсенс. Рок-клуб был просто объединением хороших людей, которые вот так выражали свои мысли. А Курехин сделал очень большое дело. Он великолепно нас всех построил, рассказал и доказал, что можно по-другому. Это был очень важный момент.

Click here to view the embedded video.

Андрей Горохов, автор книги «Музпросвет», лет десять назад писал, что русский рок-н-ролл вымирает, потому что не с чем бороться. В рок-н-ролле, дескать, нужно биться головой о стену и с чем-то или кем-то все время конфликтовать.

Существует очень много примеров, когда люди, которые начинали заниматься музыкой из чувства протеста, после первых же пластинок с головой уходили в саму музыку, настоящую. Это было с «Clash», было с «Sex Pistols». Начиная с попыток проломить головой стену, они пришли к тому, что стали писать музыку, которая выше всех этих протестов. Я уверен, что и у Гребенщикова, и у Шевчука, и у Кинчева такие вопросы возникали. Хватит орать про одно и то же — и мы ведь орали в «АВИА» — хочется писать более музыкальные вещи. Потому что музыкальные протесты не живут долго, не могут. Борис, например, уже так далеко ушел в качество музыки и в саму музыку, что какие-то социальные тексты его явно не интересуют. Посмотрите, как он относится к каждой ноте, как он сидит в Англии, оттачивая записи, какого качества выходят альбомы — он уже просто музыкант. Раньше он был гуру и философом, главным специалистом по сарказму и юмору на тему России и советской жизни. А сейчас это неважно. Он великолепный музыкант — и это самое главное. Раньше он виделся этаким бардом — когда мы еще маленькие были — у него были хорошие любопытные тексты, которые казались важней, чем сама музыка в «Аквариуме». Сейчас это уже просто Музыка. И это очень здорово.

Я думаю, что все мы к этому придем. Бросим странные слова и лозунги и придем к музыке. Уйдем в конце концов от политик; хотя бы потому, что стыдно быть на одной доске с теми, кто постоянно об этом говорит. Если мы станем думать о политике и петь о политике, значит, нас просто поймали на эту ерунду.

Потому что на самом деле этим мы ничего не изменим. Это только отнимает у нас время. Наши головы занимают какими-то нерешаемыми вопросами и проблемами, и мы начинаем хуже играть, хуже спать и хуже фантазировать.

А что же тогда значат ваши слова в начале разговора об актуальности песен «АВИА» сейчас? Это разве не социальные аспекты? В чем эта актуальность?

Да как раз в том, что, несмотря на старания, ничего не изменилось за эти 30 лет. Изменились дизайны автомобилей, марки одежды, названия денег. Но менталитет этого безумного геополитического содружества остался. И полтора поколения, которые прошли за эти 30 лет, ничего не изменили.

В этой стране по-прежнему трудно быть влюбленным, трудно быть в хорошем настроении, трудно гулять по парку, трудно даже медленно ходить.

Мы все еще несемся в какую-то пропасть и кроме доброго юмора и хорошей остроты нас больше ничего не спасет. «АВИА» — это форма защиты. Это не форма нападения, это форма защиты от сегодняшней ситуации. Только улыбка поможет нам сейчас нормально все пережить.

Click here to view the embedded video.

Разве это не попытка спрятаться головой в песок?

Нет, вряд ли. Головой в песок — это потеря времени. Лучше жить параллельно всему, жить как нормальный человек, думать по-другому, веселиться и мыслить по-другому; главное — не впадать в это бесконечное критиканство и размышления о ситуации. Потому что это будет конец света. Если молодые ребята, которым сейчас по 18 лет, будут рассуждать только о том, что происходит вокруг нас, будет просто неинтересно жить.

Этот менталитет мог измениться за прошедшее время?

Я не претендую на звание пророка или гуру, но я считаю, что это очень маленький срок для такой огромной мозоли и для этого уже больного, к сожалению, общества. И пока у большинства людей руки гребут к себе, так и будем жить. Люди хотят себе гораздо больше, чем есть у соседей, и в этот маразме бесконечного воровства все гибнет. Люди хотят все себе, все себе: и политически, и финансово, и эмоционально забрать. Пока я сижу на этом кресле, с этим портфелем, у меня есть два годика, пока меня не снимут — надо подворовать. Для такой измученной огромной страны прошло еще слишком мало времени.

Вы говорите удивительно созвучно с Петром Николаевичем Мамоновым, с которым я общался буквально месяц назад. Еще он говорил, что тогда, 30-40 лет назад было проще жить.

Слово «проще» правильное. У нас ведь одна маленькая голова из двух полушарий: нам не переварить, не скушать такое количество информации — и бессмысленной, и осмысленной — которое на нас свалилось. Раньше такого не было. Сейчас мы измучены тем, что нам сыпется в глаза, уши, со всех сторон. То, о чем мы даже не спрашивали, нам валится на голову, и все это мы впитываем, слышим, смотрим, перевариваем. Этот безумный мир так сложился, он так несется, что бедный человек этого не выдерживает. Поэтому, чтобы защититься, я хочу свой мирок как-то сберечь — и тяну к себе свою подушечку, свою квартирку, свою машинку: чтобы создать свою личную маленькую крепость, как-то защититься от всего этого сумасшествия, понять, что у меня есть вот это, это и вот это и не надо больше.

Раньше было проще. Было больше воздуха, было меньше слов. Меньше безумной рекламы, событий, газет, пошлятины — да, было проще и в этом мире можно было творить. Сейчас в этой духоте и напряжении творить очень тяжело, практически невозможно.

«Лучшая музыка для бабушек и девушек», «маленькие прикроватные симфонии», «туманные миражи и пейзажи» – такими эпитетами награждают музыку The Retuses музыкальные критики. Журнал Time Out включает их в список двадцати лучших русских групп. Их сравнивают с Beirut и Neutral Milk Hotel. Сам же Михаил Родионов – лидер группы – считает свои песни отражением мира подростка. Одно остается бесспорным: The Retuses – один из самых необычных и интереснейших музыкальных проектов последнего времени, концерты которого обязательны для посещения.

-  Что вас сподвигло заняться музыкой и собрать коллектив?

— Наверное, мне не хватало какой-то определённой музыки, которая мне нравилась бы. Коллектива как такового не было изначально. Я писал всё один с 2008 года и не думал кого-то приглашать. Но когда встал вопрос о концертах, тогда пришлось подключать друзей.

— А до возникновения The Retuses чем занимались помимо написания музыки? Это ваш первый музыкальный опыт?

— Занимался стрит-артом, что-то фотографировал и т.д. Параллельно с The Retuses я играл в группе гитара-бас-барабан, но быстро оставил это дело, потому что это была неинтересная, скорее, модная музыка. Я быстро к этому остыл.

— Что повлияло на ваше творчество? То есть, почему вы играете именно такую музыку, а не, скажем, хеви-метал или диско-панк?

— Потому что я слушал оркестры, какие-то песни упаднического настроения, хоралы и т.д.

— Журнал Time-Out назвал вас одной из лучших новых российских групп. Вы какие-нибудь эмоции по этому поводу испытали?

— Никакие. Я не отношусь к этому серьёзно. Моя мама, к примеру, да — всегда радуется, покупает журналы какие-то, если меня печатают. Но я как-то без особых эмоций к этому отношусь. Time Out назвал лишь 20 групп, которые сейчас крутятся, что-то делают и остаются на виду. Я не вижу в этом ничего такого

— Но это как-то повлияло на вашу деятельность? Изменилось ли что-то, стали ли на вас чуть больше после этого внимания обращать?

— Не думаю, что это смогло как-то изменить мою жизнь. Я как записывался в своей комнате, так и записываюсь. Как веселился с друзьями, так и веселюсь сейчас. Ничего не меняется.

— Вы только музыкой занимаетесь сейчас? Как насчет других видов творчества?

— Да, только музыкой. зачем? я не собираюсь разрываться. надо что-то одно делать хорошо. полгода назад рисовал, занимался шрифтами и т.д. В итоге всё забросил пока.

— Вашу музыку порой сравнивают с пейзажами. У вас есть любимые художники? Оказывает ли какое-то влияние на ваше творчество изобразительное искусство?

— Не слышал такого. Нашу музыку обычно сравнивают с Бейрут (ха-ха). А вообще, нравятся Брейгель и Босх. Не думаю, что искусство может как-то влиять. Вообще, всё что касается вдохновения и всего такого — мне сложно что-либо выявить. Я не вдохновляюсь музыкой, изобразительным искусством, фотографией, кинематографом и прочим. Всё, чем я вдохновляюсь — всё в моей голове. Я придумываю какие-то образы и пытаюсь их обрисовывать.

— А вы слышали, что про вашу музыку говорят, что  это лучшая музыка для девочек и бабушек? Не обидно?

— Пусть пишут что хотят. Это их дело. Я закрываю глаза на такое. Это ведь субъективное мнение, тут не к чему придираться.

— Почему нужно идти на ваш концерт?

— Потому что это другой звук. Лично мне давно надоели гитары на овердрайве, надоел какой-то дешёвый и ненастоящий пост рок-н-ролл, который у нас делает практически каждый второй музыкант. У нас другая музыка, как бы это не звучало напыщенно и громко.

— Что-нибудь новое и интересное будет на концерте в Питере 30 октября?

— Мы никогда не знаем, что мы будем играть. Возможно, будут  какие-то импровизации, может быть, новые песни. Не знаю.

Вместе с The Retuses в Грибоедове сыграют Трипинадва, обещающие выжечь сердца парней и девчат, а затем наполнить их добротой (в понимании обаятельного девичьего дуэта, конечно же).

— Что подтолкнуло вас к занятию музыкой и в частности к созданию группы?

— Мы записали первую песню и так создали группу. Я думаю, дружба нас подтолкнула к созданию того, что у нас теперь есть.

— У вас есть музыкальное образование или вы самоучки?

— Мы самоучки. Аня поступала пару раз в музыкальную школу, вот сейчас второй из них. Сейчас только начинает учиться. А так — мы самоучки.

— Расскажите, пожалуйста, про ваш самый необычный концерт. Я знаю, у вас был концерт на балконе.

— Да это было на фестивале «Пустые холмы» в Крыму, этим летом, совсем недавно. Мы просто так вышли на балкон и спели немного песен, внизу собрались люди и все были очень рады.

— Что влияет на ваше творчество?

— На наше творчество влияет то, что происходит с нами.

— А вдохновляет вас что? Это же?

— Конечно. Мы друг друга вдохновляем и жизнь, которая вокруг нас.

— Почему вы играете именно анти-фолк? Почему, например, не диско-панк или что-то еще?

— Я не знаю. Это вы считаете, что мы играем анти-фолк, а я даже не знаю, по сути, что это такое. Мы играем, что получается, что хотим. У нас такие песни.

— В описании вашей группы в «Контакте» сказано, что ваше творчество – это такой тонкий троллинг бардовской песни. Чем вам так не угодила бардовская песня?

— Бардовская песня – это смешно. А этот текст писал наш друг на основе своего мнения и мнения других людей. Бардовские песни – это смешно: люди играют на гитаре, поют, все примитивно. Нам так кажется. Но у нас-то особенные  песни, поэтому так. Мы, вроде, стоим две девочки, играем на гитаре, и поем в микрофон песенки черт знает о чем, всегда по-разному.

— У вас планируется запись альбома?

— Конечно, прямо сейчас.

— Вы уже его пишете?

— Мы еще не начали, но уже давно так сильно планируем, что все к этому и идет.

— Примерно когда его можно ожидать?

— Не знаю, я боюсь говорить, боюсь что-либо отвечать сейчас на этот вопрос. Я думаю, уже совсем скоро, потому что ждать больше нельзя.

— Что такого должно произойти, чтобы вы отказались от своей музыкальной карьеры?

— Я не знаю, наверное, ничего такого. Что-то может произойти, но пока незачем абсолютно. Это самое интересное из всего, чем мы занимаемся. Зачем нам это надо?

— Почему нужно идти на ваш концерт?

— Потому что мы классные и наши песни необходимо слушать всем.

— Чего ждать от вашего концерта в Грибоедове?

— Надеюсь, что чего-то новенького.

-Вы сыграете новые песни?

— Надеемся на это. Планируем.

Концерт The Retuses  состоятся 30 октября  в клубе Грибоедов (Санкт-Петербург).

Концерт проводит softunderground.

Фото: Лена Метла

Так уж получается, что когда ты живёшь заграницей, то как-то больше тяготеешь к русской музыке, даже если особо не слушаешь таковую. Ну, а если не к русской, то хотя бы к любой другой, имеющей хоть какое-то отношение к России. А если она ещё и оказывается неплохой, музыка эта, — то вдвойне приятно. Таким вот магическим образом я очутилась на концерте группы Russkaja (и их разогрева — группы Moskovskaya) в Баварии буквально на прошлой неделе.

Russkaja — это ска-группа из 7 человек из Австрии, однако все они так или иначе — выходцы из бывшего СССР. Поют сразу на трёх языках: русском, немецком и английском (два последних — с дико смешным и наигранным русским акцентом, как и положено эмигрантам). За 6 лет существования коллектив выпустил 4 сингла, 1 EP и 2 полноценных альбома. В поддержку последнего — 'Russian VooDoo' (2010) — и запланирован тур по Германии, на который мне посчастливилось попасть.

Итак, пятница, небольшой город на юге пивной части Германии, очень приятного вида клуб со странными картинами на стенах и кучей антифа и рекламных стикеров на зеркалах в туалетах. Концерт задерживают уже на 2 часа, но народ только начал подтягиваться — вот она, хвалёная немецкая пунктуальность! Очень радует разношёрстность публики: тут и маменькины сынки, и раста-барышни с дредами до пола, и какие-то странные парни в кожаных куртках, и двое молодых людей на инвалидных колясках, и совсем уже взрослые дамы, покуривающие по углам. В общем, люди всех пород и мастей. Но вот, наконец, открыли большой зал и все нехотя двинулись на звуки духовых: на сцене Moskovskaya. Нарочно делая акцент на «ска» в названии «МосковСКАя», группы из шести довольно-таки взрослых мужичков начинает задорно прыгать по сцене в белых костюмах и дёргать ногами, руками, головами — да всем, чем попало, в общем. Люди после первой же песни не удержались  и пустились в пляс, подпевая незамысловатым английским текстам. Разогрев выдался очень качественным и весёлым, к последней песне мужчинки на сцене уже разделись по пояс, уставшие и довольные.

Click here to view the embedded video.

Часам только к 10 на сцене появились виновники торжества — Russkaja. Одинаковые чёрно-красные костюмы, пафосный выход, огонь на сцене, громогласные тарелки в руках вокалиста, приглушённый свет — начало что надо! Ну, а дальше, — как положено: какая-то смесь цыганских напевов с русскими народными элементами, сдобренная чёткими барабанами и хрипящим вокалом а-ля Шнур, выкрики «Давай! Давай!» и беготня по сцене. Мне всё это действо чем-то напомнило Gogol Bordello, это не могло не радовать. Один из парней на инвалидном кресле поехал в небольшой мош, который устроили прямо у сцены, его все радостно приняли в толпу и даже не затоптали — это было здорово. А под песню «Психо Трактор» все, конечно, устроили уже стандартное для этого трека колесо в толпе, после чего несколько человек потеряли ботинки, а половина зала оказалась облита пивом, но никто не обижался.

Click here to view the embedded video.

Строчка из одной песни Russkaja звучала примерно так: «I changed my country for a better life...». Думаю, для меня и для всех русских, кто присутствовал на концерте, он прошёл примерно под таким девизом.

Дуэт «Трагедия всей жизни» взрывают мозги и рушат стереотипы. Маргинальные  хип-хоп басни про наркотики, грязный тошнотворный секс и фашизм – это центральные темы творчества. Thespot поразился треками Трагедии Всей Жизни и пообщался c участником проекта Виталием.  На деле сочинитель провокаций оказался добропорядочным гражданином: Виталий занимается малым бизнесом.

Йоу, ребята. Как вы к такому приветствию относитесь? Случаем, в юные годы не прописывали люлей широкоштанникам?

Привет. В юные годы я лично негативно относился к широкоштанным. Мы слушали в то время Гражданскую Оборону, Тёплую Трассу, из иностранцев — GBH, UK Subs и иже с ними. Это называлось панк-рок, хотя я никогда не причислял себя ни к одной из субкультур, никогда не был похож ни на панка, ни на рэпера, ни на кого-либо ещё. Насчёт люлей широкоштанным вроде не было, за исключением одного случая. Я учился в 9 классе, и со мной в параллели учился чел по прозвищу Жёлтик, он ходил в трубах и неебовых размеров балахоне и мы с одноклассником порезали концелярским ножом ему на жопе трубы. Потом мать его в школу пришла, выёбывалась. С нас пытались взыскать  за порчу имущества. Такая вот история.

Как судьба сложилась у Жёлтика?

Я после школы его не видел.

А что вас сподвигло делать рэпчик?

Нам кажется это не рэпчик. Я называю это ассоциативный стих. Человек слушает эту волну, он улавливает какие-то вибрации — это всё происходит на уровне глубинного я.

Ну, ок, поэзию под инструменталы?

Это был 2005 год. Мы тогда в узкой компании, я, Горбатый и Тоныч (Оба имели отношение к тому, с чего началось ТВЖ) часто собирались дома у Тоныча, «убирались» чем было возможно, включали минуса различные и говорили под них. Выходили порой некислые, как нам тогда казалось, фристайлы. Через какое-то время Горбатый освоил программу музыкальную Ableton Live и стал стряпать минуса. Кстати, на первом нашем альбоме «Бессознательное» основная часть битов дело рук Горбатого. В то время ещё мы никак не назывались. Название Трагедия Всей Жизни придумал я летом 2007. Оно ничего не обозначает, не несёт ничего в себе, просто такая комбинация слов необычная. В период 2008—2009 мы записали первый  альбом, после чего и Горбатый и Тоныч отказались принимать участие в ТВЖ. Горбатый ударился то ли в буддизм, то ли в кришну, стал пиздеть о том, что наше движение несёт разрушение, а нужно, мол, призывать к созиданию и вообще меня накажет высшая сила за такие проделки. В общем, развернуло чувака на 180 градусов. Тоныч стал записывать какие-то треки в стиле традиционных рэперов, которые не стали актуальными и канули в безвестность. В ноябре 2009 общий знакомый по прозвищу Слоник познакомил меня с Никитой. Буквально сразу мы поняли друг друга и с тех пор он тоже ТВЖ.

А откуда такие прозвища берутся? Слоник, Жёлтик, Тоныч, Горбатый. У вас с Никитой есть какие-то забавные кликухи?

Слоник — это близкий друг наш. Его назвали так в связи с тем, что он похож на слоника. Тоныч — это производное от имени Антон. Горбатый от фамилии Горбиков. У нас с Никитой вроде нет никаких прозвищ, хотя нет, Никиту одно время именовали Прогнутый.  Это тяжело-атлетская тема такая.

Насколько соответствуют образы из треков вашей реальной жизни? Или это, как водится, проект умников. Вот Виталий, ты Селина читаешь и Sonic Youth слушаешь. Творчество ваше – это провокационная придумка, так? Вообще, смысл какой в вашем творчестве?

Да Селин сильный автор, и Sonic Youth ранние тоже хороши. Смыла в нашем действе искать не нужно. Образы из треков почерпнуты из повседневной реальности, из того что происходит здесь и сейчас. Разумеется, это всё сдобрено художественностью, без которой всё звучало бы пресно. Мы просто делаем то, что нам нравится и что будет приятно слушать нам самим, в первую очередь. Насчёт провокации, это уже каждый понимает, как может. Тут ничего пояснять не буду.

По сути, получается, это такое хобби – в свободное от работы время что-то записывать и выкладывать это в сеть? Типа как марки собирать?

Абсолютно верно. Только, плюс ко всему, это ещё стало востребовано.

Вообще, чем вы занимаетесь ныне?

Пишем небольшой  ЕР. Копим деньги на Русский Джихад.

Насколько ваши провокации работают? Я слышал, вас даже с одного фестиваля сняли за содержание треков.

Да было дело. Нас пригласили выступить на презентации альбома рэпера РЖБ в клубе «16 тонн» 25 сентября 2010. Это как раз было в канун моего 26-летия. Организаторы уже заявили информацию, где только можно, уже афиши были сделаны и мы сами по-тихому подготавливались к выступлению. И тут хуяк, за 4 дня до концерта, один из главных менеджеров этого клуба даёт запрет на выступление ТВЖ на этом мероприятии, пояснив, что мы не политкорректны и не формат для «16 тонн».

Вы разжигаете межнациональную рознь или вещают  с призывами ваши лирические герои?

Мы не разжигаем межнациональную рознь. Мало того, мы не причисляем себя ни к правым ник левым, ни к кому-то ещё. Я за то чтобы каждый народ жил на своих исторических местах. Вот я, например, русский, родившийся в Москве, и я живу в Москве. Всё как должно быть. А всё, что слушатель черпает в текстах, это не более чем творческий акт.

Концерты после случая в тоннах даёте?

Мы готовы вести концертную деятельность, но заинтересованных в организации концертов пока не густо. Был единственный концерт с Бухенвальд Флава в Москве 1го апреля этого года. В общем, если будут приглашать мы будем участвовать.

Насколько вы соотноситесь с российским хип-хопом?

Не хотелось бы, если честно, к нему никак относиться.

Я понимаю, вы себя не причисляете к нему, но ваши слушатели вряд ли фанаты психоделического рока или idm? Но кто же это? Вас явно слушают не только дружбаны. Вот вы зачитываете про «пидоров на аирмаксах». Это ли не ваши слушатели?

Именно так. Среди тех самых «пидоров на аирмаксах» очень много наших слушателей. И этот посыл, этот шифр адресован именно им, чтобы они попытались задуматься над тем, что они делают по жизни, куда они идут. В этом ёбаном инкубаторе, где все вырядились в эти разноцветные аир максы, нацепили на жопы треники, а на головы кепки с венками, если хотя бы до одного из сотни таких «пернатых» дойдёт что-то — это будет уже хорошо, это будет уже децльной победой. Но я почему то уверен, что они в преобладающем большинстве слушая строки а-ля про модных пидоров на аирмаксах даже не понимают о чём идёт речь. Да хули толку об этом говорить, они не понимают даже то, куда они идут. Эта масса полностью, ну или почти полностью, безыдейна и бессмысленна.

А у вас есть аирмаксы?

Ахах, ну ты прям подъебал)

В аирмаксах графитосы гоняют. Как ты к ним относишься?

Я к граффити не имею никакого отношения. На мой взгляд, люди в 20-30 лет должны заниматься зарабатыванием денег. Может, графитосы нормальные ребята, но я их не могу понять. Человек должен быть увлечен делами в таком возрасте. Мне граффити-тема была интересна в 12-13 лет.

Ну граффитчики могут что-то пропагандировать

Хули толку с того, что они напишут на заборе.

Допустим, суть такая: едет обыватель в электричке и видит какую-то агитационную надпись

Путин — чмо

Ок, и обыватель задумывается, почему же Путина считают чмом.

Надо понимать: вот ты напишешь «Путин – чмо» и, допустим, это сработало. Путин съебался в Боливию, пришел новый Путин и он так же всех сольёт, понимаешь? Это бесконечная цепочка.

Расскажите тогда про биточки. У вас инструменталы замысловатые. Это часть концепта?

Да, именно.  Биты в 2010—2011 нам делал Макс Барбитурный (Ramsay Hunt, Космонавты), сейчас к нам в качестве битодела присоеденился талантливый молодой паренёк Сазон. Мы сейчас дописываем небольшой ЕР с рабочим названием «Женский рэп на злобу дня» на его биты. В июле он должен выскочить в массы. Сазон делает не менее интересно, чем Барбитурный.

«Трагедия всей жизни» — это очень звучное название. А что в вашем понимании, трагедия всей жизни?  Описываемые вами образы – это «трагедии всей жизни»?

Трагедия Всей жизни — это всего лишь название.

ТВЖ на MySpace: http://www.myspace.com/tragedya

ТВЖ Вконтакте: http://vkontakte.ru/club4328444

Click here to view the embedded video.

Что ж, в эту субботу мы проспали всё на свете, а точнее – концерт Hadouken! на главной сцене, но поговаривают, что они и так были хороши. Так что, дабы не пропустить и Kaiser Chiefs, которые так же должны были быть на большой сцене, сразу по приезде мы двинулись в том направлении. По дороге обнаружили какую-то срытую от посторонних глаз и расположенную за обширным баром (Интересно, каким по счёту? Тридцатым или  больше?) советскую деревушку. Точнее, из советского там были только открытки с московской олимпиады и маленькие бюсты Ленина. В остальном же – очередное место для отдыха, где все желающие могли попробовать поковылять на ходулях, попрыгать на скакалке, поиграть в мяч или даже половить воображаемую рыбу в игрушечных лодках. Собственно, в окружении всего этого благолепия мы и встретили первые аккорды весельчаков из Kaiser Chiefs. Пробравшись поближе, увидели, что Рики Уилсон (который в тот вечер мне невыносимо напоминвал моего любимого рыжего Джеймса Спейдера в молодости) уже вовсю носится по сцене, выкрикивая “Ruby Ruby!”, а толпа прыгает в такт музыке. Стоит отметить, что бегал он действительно много, устраивая настоящие марафоны от одного конца площадки к другому.

Click here to view the embedded video.

Где-то в середине концерта произошло нечто просто замечательное:  в толпе несколько человек подняли на руки девушку прямо на инвалидном кресле, чтобы она могла видеть происходящее. Это было так  трогательно и настолько органично переплеталось с общей гармонией, что, я уверена, все присутствующие почувствовали какую-то мистическую объединяющую силу музыки. Kaiser Chiefs отлично смотрелись и звучали на ура, играли хит за хитом, да и на сцене чувствовали себя как дома.

Click here to view the embedded video.

Выход Kate Nash на главную сцену я никак не могла пропустить, слишком уж люблю ее акцент, да и первый альбом слушаю до сих пор и с большим удовольствием. Однако же, как ни обидно это признать, концерт уэльской вокалистки стал для меня разочарованием фестиваля. Начнём с того, что в качестве музыкантов на сцену выбежали молоденькие девчушки. Да, миловидные. Да, вроде как даже подходят для целевой аудитории. Но я постоянно боролась с ощущением, что нахожусь на смотре школьной самодеятельности. А когда Кейт вместе с этими «ранетками» заиграла какой-то простецкий поп-панк а-ля Аврил Лавин, мои надежды лопнули как мыльный пузырь. К тому же, фальшь была слишком очевидной, да и звук подкачал. Знаю, я сама грешу тем, что время от времени выхожу на сцену и называюсь музыкантом, но полностью девчачьи рок-группы, сколь хороши они ни были, не воспринимаю ни под каким соусом. Словом,  наблюдать подобное выступление было очень грустно. Ситуацию немного спас момент с молодым человеком, который написал у себя на груди “Marry me!” и в таком виде продвигался всё ближе к сцене прямо по рукам толпы, после чего Кейт пригласила его посидеть рядом с ней, пока она исполняла “Foundations”.  Было весело наблюдать за его довольной физиономией на большом экране. Очень хочется надеяться, что Kate Nash всё же вернётся к тому, чем она была изначально, а не будет идти на поводу поп-тенденций.

Click here to view the embedded video.

После моего небольшого разочарования мы направились на Metal Main Stage, где уже вовсю играли американцы Lostprophets. Не могу не отметить микрофон Йана Уоткинса: и стойка, и сам микрофон были обмотаны чем-то белым. В общем, мы не могли не удержаться от обсуждений и выдвижений разных гипотез, среди которых были: 1) это дорогой подарок и вокалист просто не успел его распечатать, так что пришлось петь прямо в подарочную обёртку; 2) у группы нет денег, чтобы купить нормальный микрофон, поэтому вокалист использует старый, у которого вовсю отходит кабель, так что ему пришлось замотать его белым скотчем; 3) он просто боится чем-нибудь заразиться, поэтому обматывает плёнкой всё, к чему прикасается, а ещё дверные ручки протирает антибактериальными салфетками. То касается музыки, то всё было в кучу, тем не менее я даже попрыгала под “Rooftops”, одну из двух композиций вышеназванного коллектива, которые я знаю.

Click here to view the embedded video.

Финальных аккордов мы не услышали, потому что решили не опаздывать на одно из главных событий фестиваля: выступление 30 Seconds to Mars. Ещё за полчаса до концерта на больших экранах транслировалось сообщение, что группа использует особого рода мигающее освещение, которое может вызвать эпилепсию. Что ж, на свой страх и риск мы остались, как и тысячи других людей. Шедевра я не ожидала, уж слишком много разговоров про Джареда Лето и его команду. Секунды вышли с опозданием, как и положено настоящим звёздам. Мистер Лето эффектно выбежал на сцену, прыгая со специально установленных по всей сцене платформам. Одет он был в какие-то лохмотья, так что всем своим видом напоминал джедая или ему подобного. Звук, конечно, был шикарный. Да и эпилептическое освещение местами было впечатляющим. Жаль, что не могу сказать того же о вокалисте: Джаред ну уж очень ленился и петь не хотел. Либо что-то говорил, либо указывал микрофоном на толпу, чтобы та отработала за него, либо, протягивая под музыку “I’m not Jesus!”, с достоинством приподнимал свои тряпки и показывал пресс. На заднем плане всё это время крутился видеоряд с физиономией – кого бы вы думали? – конечно, Джареда Лето. Ещё несколько смутил момент, когда Лето попросил выйти на сцену девушку-панка из первых рядов, поставил её рядом с собой, но потом бросил прямо посередине сцены и начал бегать с гитарой. Девушка не знала, что ей вообще делать и вид имела весьма растерянный, так что буквально через минуту за ней пришёл охранник и стащил со сцены. Джаред же всё так де продолжал носиться с гитарой. В общем, неясный и скомканный момент вышел... Тем не менее, нельзя отрицать тот факт, что наряду с теми же Queen и U2 коллектив 30 Seconds to Mars представляет собой яркий и очень удачный пример так называемого stadium rock.

Больше фото на официальном сайте Sziget Festival

Читать ещё:
Sziget Festival 2011: путевые заметки. Подготовка.
Sziget festival 2011: непутёвые заметки. День номер раз.
Sziget Festival 2011: заметки непутёвой. День номер два.
Sziget Festival 2011: записки сумасшедшей. День номер три.

12 августа, пятница (хотя для всех и всегда тут суббота—воскресенье), — третий официальный день Сигет фестиваля. Для кого-то он, правда, уже пятый, а то и десятый. Разогнавшись холодным пивом и заплатив штраф за безбилетный проезд в метро, мы-таки снова добрались до острова. План-банан включал посещение концертов Skunk Anansie, Peter Bjorn & John, The Prodigy, а также вечернего выступления уличного театра.

Итак, Skunk Anansie... Пожалуй, это на данный момент моё самое сильное впечатление. Там было всё: и качество, и репертуар, и харизма, и невероятная самоотдача публике. Скин появилась в чёрном блестящем костюме с огромным воротником из каких-то длиннючих петушиных перьев (ну да, не является она членом Peta2, по-видимому, но мы ее не виним). Совсем новые и известные ранние композиции шли в вперемежку, так что разница в стилях была слышна даже невооружённым... мм... ухом (можно ведь так сказать?): старые песни более чувственные, с нежным вокалом и лёгкими гитарами; новые же, напротив, надрывные и кричащие. Скин бегала по всей сцене, от одного конца к другому, спускалась к зрителям, не боясь показать своего доверия людям: устроила стейдж-дайвинг, потом и вовсе под 'Weak' буквально «пошла по рукам» (у нее были серебристые ботинки типа мартинсов, которыми она ступала прямо на руки людям и шла по толпе). В качестве завершения своего романа с публикой, она со словами «If I get down there, will you take care of me?» попросила всех присесть и сама залезла в самую толпу, тоже присела, не переставая петь, после чего в кульминационный момент заставила весь стадион прыгать, а саму ее сотни рук вынесли обратно на сцену. При этом она успела уже выхватить чей-то флаг и помахать им, а какой-то ярый фанат надел на ее гладко выбритую голову свою милитари кепку. Это был первый приезд Skunk Anansie на Сигет и, не сойти мне с этого места, далеко не последний. Концерт был на десятку по пятибалльной шкале. Жаль, что 'Secretly' так и не исполнили, но это уже не так важно. Почему-то именно после этого концерта я чувствовала какую-то неимоверную любовь к Скин и ко всем меня окружающим. Прямо как будто на регги-сцене побывала, ей Богу! :)

Click here to view the embedded video.

После Скин мы с моим боевым товарищем пошли подзарядиться: он пивом, я сладким латте и Тирамису в ближайшем кафе. Кстати, о подзарядках как таковых: на острове есть несколько точек, где можно зарядить свои телефоны или ноутбуки. В некоторых из них расположены гамаки, можно отдохнуть, послушать музыку (к каждому гамаку прилагаются большие наушники с музыкальной подборкой и радио). Я уже не говорю, что весь остров покрыт сетью wi-fi. Так вот, в кафе мы познакомились с венгром-аборигеном, который вот уже 11 лет посещает Сигет фестиваль. Он поведал нам, как изначально это был лишь маленький студенческий фестиваль, с парочкой местных групп, да и занимал он всего четвёртую часть острова (сейчас же он занят под завязку). На сегодняшний день Сигет стал слишком популярен, как объяснил нам наш новый друг, поэтому венгров здесь всё меньше и меньше. Они предпочитают неизвестные фестивали, которые не так попсовы и многочисленны, зато более свободны и по настроению похожи на Вудсток. Таковым, например, является венгерский фестиваль Ozora, который проходил за пару дней до Сигета.

После мы уже втроём побежали на концерт шведского инди-коллектива Peter Bjorn & John. Да-да, это те самые ребята, что так заразительно свистели под 'Young Folks', тем не менее группой одной песни их не назовёшь. Отлично отработали шведы, задорно и позитивно. Мы прыгали как заведённые, разливали напитки друг друга и рядом стоящих людей, обнимались с какими-то шведскими парнишками и махали жёлто-голубым флагом.

Click here to view the embedded video.

После изрядного количества гитарной индюшатинки мы направились на главное событие этой ночи, то есть — на концерт The Prodigy. Народу на главной площадке было столько, что там не то, что яблоку негде было упасть, там было не продохнуть вообще. Стоит отметить, что The Prodigy — довольно частые гости Сигета, но при этом всё так же собирают тысячи людей. Ну, а дальше, — мы словно включили кассету группы и перенеслись куда-то в середину 90х. Они выбрали идеальный трек-лист для фестиваля: играть то, что все знают. Под 'Breathe' мы замутили какой-то жёсткий мош с близстоящими людьми. Было весело, не то слово!

Click here to view the embedded video.

Читать ещё:
Sziget Festival 2011: путевые заметки. Подготовка.
Sziget festival 2011: непутёвые заметки. День номер раз.
Sziget Festival 2011: заметки непутёвой. День номер два.